вторник, 2 мая 2017 г.

Грусть о будущем

Многими замечено, что русский отвечает не на вопрос «что?», а на вопрос «какой?». Даже если ты никто − не русский солдат, не русский писатель и т. д., то ты имеешь полное право сказать, что ты русский человек. Если, конечно, не потерял ты лица человеческого и не хрюкаешь (в этом случае прилагательное «русский» остаётся − опозоренным: выражение «русская свинья» и т.д.). То есть человеческое в русском первично, русский наднационален; поэтому нацизм в нас и не привился, все эти бритоголовые − это не серьёзно, это юношеский максимализм с отсутствием воспитания. Плюс насаждение того, о чём говорить будет слишком долго. Русский своей идентификацией всегда как бы извиняется за себя: такой же дескать человек я, как и все, только русский. Уж извиняйте, говорит, мне эту особенность. Немец же в первую очередь – немец, отличный ото всех, обособленный; в немце сильно развит индивидуализм; поэтому Италия − родина фашизма, а Германия – страна, осуществившая его на своей и чужой земле в полной мере. По этой же самой причине в этих и других европейских странах медработники прибывшей скорой могут по пятнадцать минут откачивать старуху, упавшую на тротуаре (в то время, как у нас бы её отвезли сразу в морг), отсюда вытекает и оборудованное для инвалидов метро, и прочее гуманное удобство (полезность этого, конечно, никто не оспаривает). Немец уважает в первую очередь себя, а значит относится к другим (своим) так, как хочет, чтобы относились к нему, когда он будет стареньким. Иная картина у нас. Кто я? Да просто человек — русский. Какое там уважение? Любовь наша распыляется по ветру, не зацикливаясь на чём-то конкретном; русский, взведённый до крайней степени идеей коммунизма или какой другой, будет строить невиданные дворцы и поворачивать реки вспять, но зачем ему инвалид, когда завтра мы полетим в космос и больше не будет никаких никогда инвалидов? Наша любовь происходит от тотального непонимания мира вокруг и от осознания великой ничтожности своей в нём. Сущее превозносится нами выше нас самих, отсюда и любовь наша – от жалости: жалеть всякую тварь, как себя самого, бесприютного и безродного. Но − никакой гордости. Чем становишься старше, тем меньше возможности выйти на улицу просто так и без всего. В смысле, без рюкзака, сумки, телефона, паспорта. Я вполне уютно чувствую себя в комнате − как вмонтированная в бетон жизнь. Но что-то требует выйти на улицу в выходной день и подышать. Хотя завтра и так на работу, и я в любом случае выйду из дома и с сознанием долга отправлюсь в метро. Я войду в него, как в море, затемно, а выйду, когда будет светить Солнце. Эта прекрасная метаморфоза так вдохновляет. Нет ничего поэтичнее, чем того чувства обречённости, когда врезаешься в толпу и вместе с нею одною случайной гурьбой идёшь на приступ автобуса. Криков и ругани с каждым разом и годом всё меньше. Я верю в совершенство прогресса. Он в конце концов победит. Люди перестанут сигать через турникеты и с почтением и гордостью будут предъявлять документы по первому требованию и, если надо, предъявлять к досмотру личные вещи. Ведь в итоге всё это оправдает себя, и мир примет форму всеобщего удобства. Комфорт и гармония. Вот что ждёт наших праправнуков. Никаких сумок и кошельков, карманов для ключей и бумажек, всё на электронном носителе, а носитель в тебе. Стоит только подумать, и он считывает мысль и преобразует её в действие, будь то звонок, выбор песни для прослушивания или проверка банковского счёта, всё в тебе самом, всё при помощи нанотехнологий. Конечно, сейчас об этом трудно помыслить, но прогресс неумолим, и сбудется время, когда общество придёт к законному и успешному саморегулированию, и несанкционированные и грязные помыслы будут пресекаться в зародыше. Вот тогда человечество истинно поймёт, кто оно, и осознает себя не второпях, а полностью. Теперь остаётся только смиренно ждать, ещё не обойтись без полиции, террористов, милиции и прочих побочных явлений. Да, сейчас стоя на ступеньки эскалатора и созерцая ближних (окружающее), я понимаю, что до гармонии ещё далековато. Я не могу пока почувствовать себя полноценной счастливой частицей общего здорового организма, успешно изготовленной деталью на конвейерной ленте, готовой к дальнейшей обработки и движущейся к полному единению с природой человека. Эх, как ещё далеко! Я выхожу на улицу под предлогом купить что-нибудь покушать. На улице слякоть, мокрый снег, лужи, с крыш капает, приходится то и дело сторониться машин, не дающих свободно двигаться по дороге. Тротуары тоже ими заняты. Брызнет на штаны, − ничего, легко отделался. Люди попадаются редко. В воскресенье, как и я, многие сидят дома. Это куда приятнее зимнего ненастья. Те не многие, что встречаются угрюмы и адекватны до невозможности. Кажется, если их спросить о чём либо, они станут ещё несчастнее, скривят такое лицо, что расхочется жить и пожалеешь, что вышел на улицу за хлебом в такой святой и беспечный день как воскресенье, чтобы ходить и беспокоить людей. Каждому легче быть изолированным, избегающим того бессмысленного трения, от которого даже дети не рождаются. Секса вполне достаточно для человеческого взаимодействия. Остальное должно происходить в параллельном виртуальном мире. Персональной страничке на Интернет-ресурсе недостаточно, чтобы полностью дублировать себя. Электронный чип, вот, что с радостью добропорядочного гражданина я дам вживить себе в лоб, чтоб увековечить свою личность в мировой системе координат. Я умру, сердце остановится или треснет пополам, а мысль останется в сети навсегда. Чип будет поддерживать жизнь физически. Она будет ощутимой материей, которую смогут понимать внуки, правнуки и праправнуки. Каждый человек обзаведётся тем, чего раньше были достойны лишь политики, спортсмены и деятели искусства. 10.02.2013г.

Комментариев нет:

Отправить комментарий